A TRAVELLING LADY'S JOURNAL

1:15am: дело архангельских историков
Уважаемые коллеги,
проводится сбор подписей под заявлением с требованием прекращения архангельского дела М.Н.Супруна и А.В.Дударева:

http://www.cogita.ru/syuzhety/arhangelskoe-delo-professora-supruna/sbor-podpisei-prekratit-ugolovnoe-presledovanie-arhangelskih-istorikov-i-arhivistov

Вот на этом сайте автоматически:
http://www.zaprava.ru/content/view/2034/9/#josc4365

Или по электронному адресу: zpch@zaprava.ru

Просьба об участии, скринах, кросс-постах и т.п.

11:19am: бульдозерная атака на Охте
10:13a
Кошмар!
http://vveshka.livejournal.com/29348.html

БУЛЬДОЗЕРНАЯ АТАКА НА ОХТЕ
Это не метафора и не гипербола. То, чего все ждали, чего боялись и во что не верили, уже случилось: бульдозеры Газпрома пошли на штурм Ниеншанца (XVII в) и Ландскроны (1300 г.). И пробили дыру в одном из бастионов: там, где была земляная стена высотой в 1 метр 60 сантиметров, появился котлован площадью в 50 квадратных метров (а проще – яма). Через такую брешь можно ввести и танковый полк. Уничтожена и часть рва Ландскроны.

Это первая наша невосполнимая потеря.

Не станем гадать, вдохновлял ли вандалов опыт брежневской бульдозерной атаки на выставку неформальных художников (15 сентября 1974 в Москве, на пустыре близ станции метро «Беляево»). Но отметим, что в данном случае бульдозеры действовали в лучших традициях любой мрази – ночью.
Начали поздно вечером 8 октября на участке, который археологами исследован, законсервирован (засыпан землей) и передан под ответственность заказчика. Продолжали и утром, когда археологи пришли на работу.
Накануне общегородского митинга это было провокацией, направленной и против археологов Петра Сорокина, и против всего города.
Археологи на провокацию не поддались и в прессу не обратились. Они полезли под газпромовскую технику, произвели фотофиксацию разрушений и соответствующий акт направили в соответствующие инстанции.
Кто отдал приказ штурмовать Ниеншанц, выезжавшая на место происшествия комиссия городского КГИОПа выяснять не стала. Чиновники сослались на то, что… дело было ночью.
В понедельник по данному факту на территории Охты начинает работу московская комиссия Росохранкультуры.

Пока бульдозеры остановлены. Помощь нужна только информационная. Однако – очень нужна: в ближайшее время всё может повториться.

P.S. Будут ли в московской комиссии представители прокуратуры – мы не знаем.

1:00pm: ГУЛАГ в цифрах
Прочитала недавнюю статью Николя Верта, где он приводит последние данные по поводу численности заключенных в ГУЛАГе с начала 1930-х до начала 1950-х годов. Вроде бы эти цифры уже выверенные, плод сопоставления разных архивных данных, плод коллективного труда российских и зарубежных историков.
Так вот, в период с 1930 по 1953 год через лагеря прошли в целом приблизительно 20 миллионов человек. Из них процент политзеков, посаженных по 58й статье, составлял от 20 до 30 процентов. Остальные были как бы "не политические" - они были арестованы за всякие провинности типа воровства колосков на полях в колхозах, нарушения режима прописки, опоздания на работу. То есть, они отсидели три-четыре года за такие провинности, которые во многих странах просто штрафуются, или не считаются даже административным правонарушением. Ротация заключенных этой категории была довольно большой. Каждый год выпускали от 20 до 40 %. Уровень смертности в лагерях от голода, холода и других причин, в среднем с 1931 по 53 год составлял 4% в год, что в абсолютных цифрах равняется 1 700 700 человеческих жизней. Но это в среднем. А были более и менее тяжелые годы. Например, в 1942-43 год в лагерях умер каждый пятый заключенный. Роль принудительного труда в экономике СССР составляла 8-10%. Максимальное одновременное число заключенных в ГУЛАГе приходится на начало 1950-х - 2.5 миллионов. В это же время насчитывалось также 2,7 миллионов депортированных и спецпереселенцев (у них не было статуса заключенных ГУЛАГа, но и свободными людьми они тоже не были).

Nicolas Werth, Le Goulag au prisme des archives // Le Goulag en héritage. Sous la direction de E. Anstett et L. Jurgenson, Paris, Petra, 2009. Pp. 19-44.

3:33pm: конференция европейской социологической ассоциации
Не знаю, в чем разница между конференцией и конгрессом. Я бы назвала событие, под названием "European Society or European Societies", состоявшееся на прошлой неделе в Лиссабоне, конгрессом - 1500 участников. Но это называлось конференцией. Мне тут коллеги говорят, что 1500, это совсем не много, и что на конференции американской ассоциации обычно присутствует 5000-6000 человек. А сколько же присутствует на всемирном конгрессе по социологии? Страшно подумать. Что мне нравится в таком событии - можно примерно оценить, куда движется наш корабль, и хороши ли капитаны. Так вот, по-моему, измельчали звезды социологии. Послушать из великих было некого. Пленарные заседания были малоинтересны. Особенно открытие было скучнейшее. На закрытии было интереснее. Там присутствовал один Африканский социолог, который расссказал о том, что все перемены, происходящие в Европе с 1980-х годов (экономическая либерализация и конец холодной войны) очень губительно сказались на Африке, и что европейские социологи своими теориями поддерживают политику своих стран, хотя и претендуют на критическую позицию. Еще там же выступил знаменитый Нейл Флигстен, автор книги "Euroclash" про европейскую идентичность и будущее Европы. Он подтвердил то, что все и так уже поняли - европейская идентичность не складывается, потому что объединенная Европа хороша только для богатых. Но приятно было его послушать тем не менее. Еще я узнала новое понятие "eurostars" - еврозвезды, которые создают глобализированную экономику. Это синоним для обозначения группы людей, которых я привыкла называть "глобтроттеры". Что еще я заметила - в программе было на удивление много докладов, посвященных эстетике и символическому аспекту человеческого бытия. Искусство, визуальная культура, эстетизированная память, образы и знаки в городском пространстве, музеи, памятники, сады и парки, арт-менеджмент, мода и вкус, реклама, культурные посредники. Судя по всему, социология искусства теперь стала буквально мэйнстримом, захватив этой тематикой еще кучу других направлений, которые работают теперь на стыке чего-нибудь и социологии культуры и искусства, а раньше ведь социология искусства - это было такое мааааленькое направленьице. В целом конференция произвела на меня очень хорошее впечатление. Потому что несмотря на провал пленаров, было много интересных докладов на секциях. Я много нового узнала. К тому же было приятно встретить старых знакомых из Финляндии, Швеции, Англии, да и что греха таить - из Москвы. Вот уж где я давным-давно не была. Из Москвы народу было много - из вышки, шанинки и из института социологии, из Питера 3-4 человека, преимущественно из ЦНСИ, из Саратова видела кое-кого, а из остальных городов, по-моему, почти никого и не было. И было немало бывших русских, ныне европейцев или даже американцев. Мне кажется, что больше всего там было немцев и скандинавов. Но это субъективно.

4:25pm: поездка в Лиссабон
На прошлой неделе я впервые побывала в Лиссабоне. Поскольку цель моего визита была "деловая" - социологическая конференция, то город посмотреть я толком не успела. Но некоторые особенности успела заметить. Во-первых, тротуары вымощены плиткой. Почти везде. Маленькие серые плиточки - очень симпатично. Наверное, не очень практично для шпилек, но я их и не ношу. Главный колорит Лиссабона - обшарпанный квартал "Байро Алто", называемый еще лиссабонским гарлемом. Там узенькие улочки, ни машина не пройдет, ни трамвай не проедет - с домами, раскрашенными в разные цвета, и висящим повсюду бельем. Весь Лиссабон, и особенно, этот район, хорошая иллюстрация к нетленной теории концентрических кругов Берджеса по поводу трендов городского развития - город начинает развиваться на окраинах, строятся новые дома для среднего класса, а центр остается неотремонтированным. В дальнейшем центр начинает заселяться одновременно бедняками и богемой, и превращается в место одновременно опасное и привлекательное. Там действительно интересно вечером. Правда, у моего спутника украли мобильник... Мы ходили там в один ресторан ночью слушать фадо. Фадо, это жестокие романсы. Кстати ресторан был довольно шикарный. Фадо поют женщины и мужчины, молодые и старые. Полное разнообразие стилей. Но одеты все в черное. В других районах Лиссабона, где улицы чуть пошире, ездят очень смешные маленькие трамвайчики. Ну, и еще колорит Лиссабона составляют остатки колониальной роскоши. В отличие от Франции и Германии, португальцы этого колониального наследия не стесняются. Там можно увидеть в витрине кафе в стиле модерн статую негритенка во весь рост, который демонстрирует зерна какао или другие сельскохозяйственные достижения. Во Франции такое было бы невозможно. Благодаря политкорректности такие негритята могут находится только в музее 30-х годов, или в музее иммиграции, ну или на худой конец в музее Парижа, но уж никак не в витрине. Побывала я в ресторане, находящемся в огромном арабском дворце, обделанном кафелем с головы до пят. Обделка кафелем домов, это тоже такая португальская фишка, это очень красиво, но подозреваю, что в современном мире, да еще при кризисе, такую традицию строительства трудно продолжать, дорого получится. Может поэтому в новых районах я этого не видела.

1:05pm: игра в блошки
В свое время мне досталась в наследство от двоюродной прабабушки игра в блошки. Когда я к ней приходила в гости, она меня таким образом развлекала - мы с ней играли в эту игру. А она была большим приверженцем этого развлечения. Уж не знаю, дореволюционного происхождения эта игра или как. Блошки - это цветные круглые пластмассовые лепешки диаметром примерно один сантиметр. К ним прилагаются две биты диаметром два-три сантиметра. Все лежит в круглой коробочке. Игра заключается в том, чтобы разложить это все на небольшом круглом столике и битой нажимать на блошки, так, чтобы они скакали в лагерь врага, и надо, чтобы твой круглешок лег сверху на противника. Тогда блоха противника считается съеденной. Побеждает тот, кто всех съел. Во время игры участники ее кружат вокруг столика, стараясь занять наиболее стратегическое положение. Говорят, что блошки изготовлялись и продавались в магазинах еще годах в восьмидесятых. Может, и сейчас продаются. Но я никогда не видела, чтобы кто-то в них играл, и не знаю, насколько эта игра популярна в народе. Я думаю - может организовать как-нибудь блошиный чемпионат?

2:57pm: профессия социолога
Я очень хорошо помню момент, когда я выбрала свою профессию социолога. Это произошло буквально за одну минуту. Вообще-то я интересовалась историей, а потом поняла, что меня интересует только история двадцатого века. А в то время (конец восьмидесятых) история двадцатого века - это была еще история КПСС. Во всяком случае, так было на истфаке университета. Старшие товарищи не советовали туда идти. И вот я думала, куда бы мне податься. И однажды мы смотрели телевизор, то ли Пятое колесо, то ли съезд какой-то (были времена...). И там выступала Галина Старовойтова. И тут моя мама говорит: "Вот смотри, Старовойтова - социолог. И видишь, она может свои знания социолога даже в политике применять. Мне кажется, тебе подойдет эта профессия". Я сразу поняла, что она права. И поступила на факультет социологии, который оказался куда более гнилостным, чем истфак. Но хорошо, что были другие хорошие места в нашем городе, где можно было учиться и работать. И долгое время мне эта идея грела душу, что вот мол, я буду как Старовойтова. Может тоже со временем буду заниматься политикой, придумывать реформы. И первый профессиональный кризис у меня случился после того, как ее убили. Потому что после этого страшного и печального события я уже не могла думать, что хочу быть как она. Как-то не получалось. Ориентиры пропали, перспектива помутнела. Вскоре стало понятно, что идея применить свои профессиональные знания в политике уж совсем абсурдна в российском контексте. Потому что в политике так обстоит дело, что раз тебя не убили, то ты вроде как ничего и не делаешь полезного. Тогда я подумала, что можно стать преподавателем и нести культуру в массы. Но учитывая, что центральный ориентир у меня был потерян, мне всегда было сложно объяснять студентам, для чего нужна эта профессия. Если государство на исследования денег практически не выделяет, а результаты этих исследований практически не востребует, то зачем оно нужно-то? Поэтому вместо абстрактных ориентиров приходилось показывать себя - увлеченного своей работой социолога. Личным примером... Но потом и эта увлеченность слегка слилась, и тогда я уже окончательно переосмыслила свое предназначение и стала думать, что занимаюсь этой профессией ради того, чтобы путешествовать. И вот теперь я по жизни путешественник, не пользы ради, а удовольствия для.

10:56am: таинственная обитательница туалета
Летом я ездила в Питер, бродила по улицам Петроградской стороны. Я прожила там почти всю жизнь и видела все изменения, которые постепенно там происходили - в основном, открытие новых магазинов, изредка - постройка нового дома или торгового центра. И я часто думаю о том, как мне оценить эти изменения - "много изменилось, или мало"? Вроде бы, много, во всяком случае если считать, что магазины в значительной мере создают лицо района. А вроде бы и мало, поскольку архитектурных перемен нет никаких - те же цвета домов, те же арки, те же дыры в асфальте. И вот так гуляя, я вспомнила о том, что, что когда-то, когда я еще училась в школе, на Большом проспекте Петроградской стороны было два общественных туалета. Один был в скверике, который теперь застроили торговым центром, а другой - около памятника Добролюбову. Причем они были, естественно, бесплатные (как всегда в то время), и неестественно чистые - потому что в нашем районе туда никто особенно не ходил. И в этих туалетах работали посменно уборщицы - смотрительницы. А я об этом знаю, потому что мы с соседками по двору обследовали весь квартал, и знали, где что и как. И вот в туалете, который был у памятника Добролюбову, работала старуха, которую мы с девчонками называли Ведьма. Она была высокая, худая, у нее была какая-то фигуристая прическа на длинных седых волосах, вполне красивое лицо, но очень контрастирующее с этой благообразностью выражение лица - жутко злобное. Действительно было страшно смотреть. А еще она была алкоголиком, и в туалете на столике всегда стоял графин с водкой. Именно графин, а не бутылка, закрывающийся сверху стеклянной пробкой, как в ресторанах. Ну, и рюмка, естественно, стояла рядом. У нас было такое развлечение - пойти в туалет, "если ведьмы там нет". Потому что мы ее, действительно, боялись, и правда верили в ее нечеловеческую сущность. Поэтому надо было спуститься на три ступеньки вниз, и заглянуть - если графин на столе стоял, то мы убегали. Было странно, почему такая старая, а еще работает, и если работает, то почему именно в туалете. А жила она где-то неподалеку, так что мы и в другие дни ее встречали на улицах - ее походка узнавалась издалека, да еще эти седые патлы, злые глаза. Мы говорили "вон ведьма идет" - и убегали. Потом она пропала, кажется еще до перестройки, то есть, еще до закрытия почтенного заведения. Потом на месте туалета открыли ресторан. Мы, разумеется, выросли и забыли всех этих уличных персонажей. Почему-то сейчас, когда я о ней вспомнила, я подумала, что она, возможно, провела жизнь в лагерях, поэтому у нее не было пенсии, родственников тоже не было, и она вынуждена была работать до глубокой старости. И выбрала себе такое тихое место. Тогда и злобное выражение лица тоже вполне объяснимо.

10:44am: солнечные дни
Какой прекрасный солнечный день. Ко мне приехал брат. Сейчас мы будем готовить фруктовый салат. Вечером придут мои подружки, а потом бы пойдем в поэрториканский бар. ОООООООООООООО
А еще вчера я встретила моего работодателя, и он даже был доволен мною. Вот это подарочек, вот неожиданность! Он даже не ворчал.
Решила по этому случаю ничего не делать пять дней :)))
Весна на дворе, или что?

1:58pm: тайм-менеджмент
В том мире, в котором мы живем, для любого человека, а особенно для фрилансера, одним из определяющих жизнь и биографию качеств, является способность к тому, что называется "тайм менеджмент", иначе говоря, к планированию своего времени, взвешенной оценке того, сколько времени занимает то или иное дело. В идеале каждый современный человек хочет жить так, чтобы иметь достаточное количество крупных "проектов", приносящих деньги, некоторое количество неприбыльных, но интересных, и так, чтобы работать не слишком много, чтобы оставалось время на отдых, культурный досуг, личную жизнь и медитации. Понятное дело, что этого идеала никто не достигает, но хоть как-то приблизиться к нему можно. Что касается меня, то я всегда была более-менее трудоголиком, имела всегда амбиции, и поэтому постоянно находилась в состоянии какого-то мельтешения - из дома в библиотеку, из библиотеки на работу, с работы на тусовку, с тусовки на интервью, с интервью на семинар, с семинара в салон, из салона в вагон, из одного города в другой, и прочее. Но когда я жила и работала на исто-родине, при том, что всего всегда было слишком много, у меня было какое-то интуитивное представление о том, сколько времени занимает то или иное дело. Я была более-менее организованным человеком. Когда я переехала во Францию, это пожалуй, основная трудность, с которой я столкнулась и продолжаю сталкиваться - я не могу измерить, сколько времени у меня уйдет. Ибо некоторые дела здесь делаются значительно быстрее, благодаря хорошей городской инфраструктуре, зато некоторые другие делаются очень долго, или не делаются вообще. В результате жизнь превращается в сплошной знак вопроса. Раньше со мной практически никогда не случалось такого, чтобы я обещала и не сделала. Здесь, особенно в первое время, это стало случаться настолько часто, что я уже не знала, куда деваться. Тогда я решила соглашаться только на самый минимум каких-то предложений, и попытаться жить во французском ритме - "обедать три часа подряд, это нормально", но это не совсем-таки мой ритм... В общем, я не знаю, как найти золотую середину, чтобы было и интересно, и весело, и были бы деньги, и чтобы чувствовать себя самой собой. В настоящий исторический момент я как типичный карикатурный мигрант, который с выпученными глазами пытается все успеть, зная заранее, что все равно ничего не успеет, а меня окружают медленно плавающие французы, которые наблюдают с большим интересом за моими телодвижениями.

11:14pm: гопница в мехах
До сих пор сохраняется миф об элегантности француженок. Какая-то доля правды в этом есть. Но в последнее время француженки, особенно самые молоденькие, стремятся переплюнуть весь мир по части фрика, и носят предметы между собой никак не совместимые. Я уже тут насмотрелась - видела дам в шубе и одновременно в босоножках на босу ногу, и, что даже более интересно, летнее платье и меховые сапоги. (Сей шедевр я созерцала летом на Лазурном берегу, по жаре). Но вот вчера в метро я видела ТАКОЕ, что даже не могла бы и придумать. Идет юная негритяночка, лет шестнадцати, на ней надет какой-то серый спортивный костюм, кеды, айпод, наушники, капюшон до глаз - видовой признак гопников и гопниц с окраин. И худые эти плечи украшают меха! Вернее, по худым ее плечам свисают меха... Меха такие, как носили толстые русские купчихи. Где она нашла этот хвост, уж не знаю, и был он наверняка синтетический, но не в этом дело. Ну таааккккой контраст стилей!!!!!!! Аж в зобу дыхание сперло.

1:51pm: 1937й год и наше время (о событиях во Владивостоке)
Я заметила, что в последнее время все чаще, говоря о тех или иных аспектах современной российской жизни, вспоминают 1937й год, ну или вообще в целом сталинское репрессивное время. Мне вообще-то кажется такое сравнение не совсем корректным, потому что современный российский режим остается, по моем представлениям, низкорепрессивным, по сравнению со сталинским. И тем не менее... Из Владивостока пришло письмо, где один местный житель описывает недавние события - есть о чем задуматься... Может, и правда, мы уже одной ногой в терроре? Отрывок из его письма - ниже.
=================
"В первый раз псы не бросились рвать народ, т.к.они были местные и среди народа могли оказаться их родные, они просто отказались выполнять приказ, во второй раз зверей нагнали из Москвы, Омска и даже кажется Питерские были, вот они-то и оторвались... А перед 2 акцией выдернули всех активистов, свозили в гестапо на экскурсию, а депутатов-проституток сильно пугать и не надо, в результате те,
кто сначала выступал за людей, стали против людей.

Удивляюсь, как РЕН ТВ еще не закрыли, они немножко успели показать, в интернете все на глазах стирали и блокировали, а даже у меня работник пострадал, на лицо смотреть страшно было, нарушено зрение, отбиты внутренности. Один сюжет из множества опишу, люди с детьми водят хоровод вокруг елки им нелюди в форме разойтись приказывают, окружили их, а они песни про елочку поют, хоровод водят, так нелюди за ноги мужчин резко выдергивали, что бы эффектно, мордой об асфальт выглядело, далее за ноги к автозаку, где еще куча упырей всю дорогу до машины пинают по всем жизненно важным органам, а японскому кореспонденту повезло, с ним вежливо обошлись, только руку и камеру сломали, чтоб беспредел упыревый не снимал. И это только один маленький эпизод. А если у тебя к машине российский флаг привязан - видно, это криминал, гаишники отлавливали, загоняли такие машины, вытаскивали из них ключи, следом подключались нелюди в масках.

В интернете на глазах информацию стирают, одна местная компания показала что-то, так ее закрыли, вякнул - дубинками забили, если даже корреспонденту NHK руку и камеру сломали, о чем еще говорить, силы подавлять
народ со всей страны нагнали, что бы не жалко избивать народ было, 37 год, а по новостям все хорошо. Это реальная ситуация у нас".

9:46pm: 8 марта
Восьмое марта в Париже отмечается выставками, спектаклями, хэппенингами, посвященными борьбе за равноправие, любви и поиску идентичности. Никто цветов тут никому не дарит, да это и к лучшему. Пусть цветы растут себе на грядках. Мой компаньон зато мне подарил новые юзерпики к моему журналу - автономные девушки в разных вариантах. О чем я думала сегодня - что к сожалению из-за личной жизни, работы, и местной квартальной демократии у меня совершенно не хватает времени на феминизм. Уже почти год не писала ни статей, ни манифестов. А ведь были времена... Но если я не пишу, это не значит, что я отступилась от этой темы. Отнюдь! Я даже считаю это для себя самым важным делом, хотя может это и не очевидно. Просто я накапливаю информацию, хожу, смотрю, слушаю, что здесь происходит. После России, когда я приехала во Францию, мне казалось, что здесь уже феминизм победил, и заняться нечем и незачем. Как я ошибалась! Теперь стало ясно, что везде свои формы остатков патриархата. Да к тому же "женский вопрос", в каждый исторический момент принимает разные формы. Приятно, что в моей френдленде столько интересных постов на эту тему, и текстов, и видео, и фото. Медленно, но верно, мы пробиваем нависающий над нами стеклянный потолок. Будем надеяться, что хотя бы в ХХI веке он окончательно помутнеет и перестанет быть прозрачным, и тогда его-таки упразднят, и у нас откроются неограниченные возможности. Будем надеяться, что позитивные изменения будут происходить не только в западном мире. Ну и главное, чтобы этот процесс ослабления патриархата не пошел в обратном направлении!

10:33am: маленькие радости молодых ученых (антиутопия)
Финансирование науки во Франции все сокращается и сокращается. А вот активность ученых почему-то не уменьшается. Кажется даже, что она увеличивается. Они фанатеют прямо на глазах. В национальной библиотеке нижний этаж отведен специально для научных работников (включая диссертантов), вход по удостоверениям. Но удостоверение может себе сделать и безработный ученый, если доказать, что все-равно занимаешься исследованиями... Так вот - на днях я туда отправилась, так там не было мест даже в гардеробе. Проникла все-таки в здание - весь нижний этаж забит - залы, кафетерии, стулья, столы. Понятно, что часть посетителей - это работники Академии наук (CNRS) и университетов всяких. Но очень много людей вокруг тридцати, и судя по разговорам, которые я регулярно подслушиваю, непристроенных довольно много. Я стала думать - чем можно объяснить такой трудовой энтузиазм без особых надежд на нормальную профессиональную жизнь. Первая мысль, которая мне пришла - что безработные ученые стремятся наработать побольше результатов, чтобы друг с другом конкурировать, поэтому они такие активные. Другая мысль, во французском контексте более актуальная - что проведение времени в библиотеке, это одно из самых дешевых развлечений. Платишь 53 евро в год, и ходишь туда каждый день. Там читаешь книги, встречаешь знакомых. Все чаще вижу - сидят люди вокруг кафейных автоматов, обсуждают политическую ситуацию, памфлетики даже иногда сочиняют. Потом, наверное, в интернете выложат. Того и гляди, зародятся в этих кафетериях новые критические теории и революционные идеи. Хотя, наверное, было бы еще более революционно со стороны французского правительства сократить финансирование библиотек, тогда они бы закрылись, а интеллектуалы повалили бы сидеть в забегаловки на окраинах. Там бы они слились с народом, спонтанно возникли бы уличные университеты, обучили бы чему надо гопников, и тогда революция уже точно бы свершилась.

П.С. Лично я к обучению гопников с окраин морально готова.

2:38pm: кто без спросу вошел в мой дом
Такое ощущение, что за последние два года тихой сапой в мою жизнь вторглись "политика" и "экономика", не просто как предметы для эпизодических разговоров, но как постоянно присутствующие какие-то тараканы или мухи, которых пытаешься периодически направить к соседям (шутка), но они к соседям-то попадают, но и из дома никак не выводятся. Да что там мой дом - они вообще везде. Как птицы в знаменитом фильме Хичкока эти политараканы и экономухи все множатся и кружатся, уже не видно неба над головой, они проникают, пробивают, заполоняют, пугают, угрожают. Нематериальные казалось бы, сущности - "экономика и политика" превращаются в материальные предметы - книги, блоги, картины, флэшки, диски, хранящие какую-то информацию, которая, видимо, должна выполнить роль противогаза, если они пойдут в атаку. Знакомый художник ездит по Парижу с книгой про экономику для неэкономистов в сумке. С видимым отвращением, он все-таки ее читает, т.к. понял, что уже без этого "знания", вернее, без ощущения своей принадлежности к нему, невозможно что-либо полезное делать. Кажется, нас окружает какая-то реальность, которую необходимо взять на поводок, по крайней мере, знать, как относишься к ней, иначе она нас накроет. Я сама еще года два назад с большим удовольствием занималась какими-то исследованиями, никак не связанными с современной политической реальностью. Теперь - не поверите, но я не могу больше заниматься чем-то отвлеченным от современности. Вокруг себя я вижу везде одно - люди открывают рот, чтобы запеть о любви и солнце, но почему-то слышны то стоны, то звуки "Интернационала".

10:05am: протест против реформы образования во Франции
Во Франции продолжается забастовка образовательных учреждений против реформы образования. Особенно активно бастуют университеты. Реформа касается многих аспектов - статуса преподавателей, оценки их квалификации, полномочий президентов университетов, финансирования, возможностей контроля со стороны профессионалов за состоянием дел в их области, оценки эффективности научной деятельности, возможностей давления со стороны государства, и в целом, обязательств государства по отношению к сфере образования. Уже много месяцев идут дебаты по поводу этой реформы. Но два министерства, которых это касается, стремятся отстраниться от диалога и как можно быстрее принять законы, без тщательного изучения ситуации. Решения, которые вызывают наибольший гнев публики, касаются следующих вопросов:

1. Автономия университетов. Здесь подразумевается, что отныне президент университета и совет при президенте будут наделены очень большими полномочиями, в том числе, экономическими, и смогут сами решать по своим критериям, кого принимать на работу, кому сколько платить, какие премии. Раньше финановый статус всех сотрудников был закреплен законом, все получали равную зарплату от министерства, при этом было много возможностей подзаработать (дополнительные часы, публикации, экспертиза и прочее). То есть, была меньшая зависимость от начальников и их симпатий. В случае вступления в силу идеи об "автономии университетов", по сути, произойдет обратное, то есть, потеря автономии. Во Франции возможности поиска внебюджетных средств во многих регионах ограничены, следовательно, способность экономически поддержать свой универ будет напрямую зависеть от способности президента договориться с начальством. Соответственно, государство получит контроль за содержанием научной деятельности (особенно накат идет на социологов и политологов, которые критикуют власть).

2. Изменение статуса преподавателей. Преподаватели называются во Франции "преподаватели-ученые", и оценивают их по количеству публикаций. При прежней системе активно публиковавшийся ученый постепенно рос в своем ранге, и зарплата увеличивалась. Не публиковавшийся получал меньше. То есть, справедливость была. Хотя был и социализм, конечно... Новая идея заключается в том, чтобы разделить преподавательский корпус на "публикующихся" и "не публикующихся". Последним хотят увеличить нагрузку вдвое, а у первых ее уменьшить. Тем самым, не публикующиеся уже никогда ничего не опубликуют, и будут со временем превращаться в отставших от жизни попугаев.

3. Оценка деятельности университетов будет оцениваться по количеству выпускников, успешно устроившихся на работу и по количеству престижных публикаций преподавателей. Низко оцененные университеты будут получать меньше дотаций.

4. Изменение образовательного процесса и оценки квалификации для преподавателей школ. Об этом я не пишу, потому что для российского читателя это слишком уж специфично.

В общем и в целом, все эти реформы не являются уникальными лишь для Франции, процесс этот идет по всей Европе, и по всей видимости представляет собой логичное следствие Болонского процесса. Здесь проявляет себя как экономическая цель, т.е. желание сэкономить бюджетные средства, так и политическая цель - желание взять под контроль интеллектуальную продукцию. Ну, и наконец, происходит фундаментальное изменение человеческих ценностей. То есть, вопрос в том, зачем нужно образование. Процесс его демократизации, примерно с шестидесятых годов, шел под лозунгом, что образование нужно для развития способности мыслить у максимального количества людей, в том числе и небогатых, для того, чтобы человек мог обрести внутреннюю свободу, дать независимую оценку тому, что происходит. Идея нашего времени заключается в том, что у образования нет ценности "вообще", есть только конкретная ценность, оно нужно для того, чтобы человек нашел работу и платил налоги. Следовательно, университеты должны показать свою рентабельность.

10:15am: митинг 1 февраля в Париже
Митинг 1 февраля в Париже собрал около 200 человек. Там были люди очень разные. Представители правозащитных организаций, социологи, французские левые активисты. К сожалению, было очень плохо слышно, так что иногда стоящие в задних рядах могли только догадываться, о чем шла речь. Но речи, это было не самое главное. Возникло все-таки ощущение объединения, что мы не разобщены совсем уж, что есть какая-то надежда... На что? Не знаю. Прилагаю фотографии.

11:40am: из недавнего прошлого
Разговариваю с моей тетей, которая уже больше тридцати лет живет в Париже, о том, что сегодня иду на митинг у Фонтана Невинно убиенных. Она высказывается, в своем репертуаре: "Ну, сходи, сходи, дело молодое. Я уже находилась в своей жизни на демонстрации. До сих пор голова болит". - "???????????" - "Когда Сахарова выслали в Горький, в Париже была демонстрация. Мы шли по улицам и кричали "Сахарова в Москву, Брежнева - в Горький". Пришли к российскому посольству и пытались его взять штурмом, орали "A l'ambassade, à l'ambassade". Надрывались, давились там, я орала громче всех, в результате получила от жандарма дубинкой по голове. С тех пор у меня так голова и болит".
Что характерно, моя тетя, которая нынче смотрит у себя дома российское телевидение, и получает информацию в основном из него, вообще не знает об убийстве Маркелова и Бабуровой НИЧЕГО. Ни о самих убийствах, ни о протестах, которые имеют место. Как и многих других эмигрантов этого возраста (под 60), ее актуальная политическая ситуация совершенно не интересует.

10:02pm: карта кризиса на сайте Rue 89
На французском сайте Rue 89 появился интересный проект - карта кризиса.

http://eco.rue89.com/2008/11/19/avec-vous-eco89-tient-a-jour-la-carte-de-la-crise-sociale

На карте страны указаны флажками города, городки и веси, в которых что-то кризисное происходит. Нажав на флажок, можно узнать подробности. Интересный разброс по регионам, по предприятиям. Кого где сократили, и прочее. Можно целостное представление составить.

11:46am: штрейкбрехер
В четверг я была единственным штрейкбрехером из всего преподавательского корпуса! Главное здание вообще закрыли. То есть, не заблокировали студенты, а именно закрыла администрация университета. Но наше здание осталось открытым. На входе сидели личности ростоманского вида, играли на барабанах, флейтах, и еще каких-то инструментах и раздавали листовки. Длинными коридорами я добралась по совершенно пустому зданию до искомой аудитории, где меня ждали-таки мои студенты. Они пришли из солидарности со мной, потому что знали что я еду из Парижа, и что у нас последнее занятие. За это я им очень благодарна. Потом подгребли и студенты "любимого" мною второго курса, и попросили, чтобы мы занятие провели пораньше, потому что никаких других преподавателей все равно нету. Ну, мы его провели. Потом они отправились на манифестацию, или еще не знаю куда, а я поехала домой. И даже поезд какой-то нашелся. Он был полупустой. Видимо, все путешественники попрятались по домам. Кстати, мне не стыдно, что я поработала в забастовку. Потому что из эгоистических соображений уже хотелось закончить с этим делом, и перейти к чему-то новому. Так что я сделала это!!! С чувством выполненного долга сижу и смотрю в окно. Светит солнце, набухают почки деревьев. Теперь меня ждет новая работа, более свободная жизнь, и скоро уже начинается революционная весна, так что буду активизироваться в Париже.

10:36am: снова забастовки
Что чувствует человек, собирающийся в поездку, когда он знает, что эта поездка "туда и обратно" полностью совпадает с крупномасштабной забастовкой транспорта, особенно, интересующих его/ее поездов дальнего следования? Что чувствует университетский препод, который знает, что скоро, уже со 2-го февраля, университет объявляется буквально на военном положении, в знак протеста против реформы образования, и что, возможно, уже завтра здание будет перекрыто забастовщиками в знак поддержки бастующих транспортников, или, по меньшей мере, они включат сирену, и работать будет невозможно? Иначе говоря, возможные трудности связанные с перемещением из города в город окажутся псу под хвост... Ладно, что делать? Воспринимаю сегодняшнюю поездку и завтрашнюю "работу" как приключение и включенное наблюдение. Только в такой атмосфере не особенно хочется готовиться к лекциям. Правда одна из лекций будет (если будет) про революционное движение эпохи Александра Второго, то есть, вполне "в тему".

10:38am: Разбитые витрины
Прочитала в новостной ленте о том, что антифашисты с анархистами, пришедшие вчера почтить память убитых правозащитников, в порыве гнева разбили витрины, и устроили погром в метро. К своему большому удивлению, я уловила в душе своей солидарность с этими варварскими действиями, и мне стало даже жаль, что я сама с ними не была, и все это не громила. И это при том, что я совершенно не экстремист, и даже не левый активист, а обычный тихий университетский преподаватель. Люблю ходить на распродажи и пить кофе на бульваре Сен-Жермен. И я против подобных действий в принципе. Но тут я поняла. Это справедливая ярость, праведный гнев, реакция на презрение к нашим жизням, к нашим чувствам, к нашей интеллектуальной жизни. Когда люди начинают публично громить город, это значит, что у них уже не осталось никаких других возможностей для привлечения внимания к проблемам, которые их волнуют. Когда французские гопники жгут автомобили, школы и библиотеки в своих собственных городках, они это делают потому, что снобские французские политики не считают проблемы этих малообразованных и безработных людей важными и первостепенными. В России происходит также. Только презрением обливают все население страны, включая высокообразованных людей, интеллигенцию, и всех тех, чья личная политическая культура уже оформилась в какое-то подобие взглядов и убеждений. Самое ужасное во всем этом - мы узнали про ОЧЕРЕДНОЕ политическое убийство. Уже никто не удивляется. Вот в чем ужас. Сравнивают с Политковской, со Старовойтовой, с избиениями того-сего... Анализируют... Похоже - не похоже... По количеству и качеству всех этих убийств Россия уже, наверное, на уровне Пакистана или Ливана. Европой тут вообще не пахнет. Россия была и осталась "большой зоной". При всем моем уважении к стране, гражданином которой я являюсь. Когда "убирают" среди бела дня выдающихся известных людей, имеющих высокий уровень профессионализма, просто, чтобы запугать всех вокруг, и все вокруг понимают, что ничего не будет, и остается только ждать следующего подобного преступного акта, и когда наши интеллектуальные усилия ничем помочь не могут, и вообще, наши мозги никому не нужны, а тем более, наша совесть, ее вообще уже можно спустить в унитаз, то остается, видимо, громить витрины, потому что таким образом можно выплеснуть свою агрессию против этой унизительной ситуации, в которой мы все находимся.

5:15pm: из огня да в полымя
В Питере я наотдыхалась, а вернувшись на французскую землю только успела переночевать дома, а в семь утра уже пришлось сесть на поезд, чтобы проводить экзамены с моими студентами. Они, конечно, времени даром не теряли - успели устроить нечто вроде забастовки против секретарши, которая перепутала дату экзамена (и как назло по моему предмету). Приезжаю, секретарша вся бледная, дрожит, не знает, как меня попросить о том, чтобы я по ее милости бесплатно поработала - то есть, приехала бы дополнительно через какое-то время для проведения экзамена. Я ее как могла успокоила. Бедняге устроило взбучку начальство. А студенты второго курса хищные, глаза хитрые, ухмыляются. Ууу, пакостники. Поставлю им пониже отметки. Приходили личности с разных курсов, пытались показать мне свою заинтересованность неизвестно в чем. А у меня даже и говорить по-французски язык не поворачивался. Некоторые стали спрашивать, где я провела каникулы. Услышав про две недели в России, они понимающе и многозначительно улыбались и кивали головами. В общем-то я была рада их видеть, особенно третьекурсников, у которых я уже больше ничего вести не буду.

1:39am: Комсомольский рубль
Что-то меня на воспоминания потянуло. И вспомнила я одну веселую историю. Приключилась она со мной, когда я была классе в восьмом. Тогда было время вступать в комсомол. Но уже, видимо, начались новые веяния. И я решила туда не вступать. Это было совсем не оригинально. Во всяком случае, среди моих друзей никто с этим не торопился, уже чувствовалось, что система разлагается. И как-то к моим родителям пришли гости. Все совершенно по духу не ортодоксальные советские люди, читали самиздат, и имели соответствующие взгляды. И кто-то меня спросил про комсомол. Я сказала, что не вступаю. И к моему удивлению, это вызвало большой переполох. "Как же так, ведь без этого не поступить в университет, какое глупое чудачество, подростковый выпендреж, не понимаешь, что себе испортишь всю жизнь, станешь бесперспективной машинисткой, и прочее, и прочее". Я объясняю, что это уже не обязательно, даже в школе не заставляют. А они меня убеждают, что я не знаю жизни, и спрашивают, какие резоны. Ну, я тут и говорю, что не хочу платить взносы - две копейки в месяц жалко на такое дело отдавать. И одна веселая подруга моей мамы говорит - вот я тебе дарю рубль, хватит надолго платить взносы. Берет купюру и пишет на ней: "Комсомольский рубль". Я говорю: "Спасибо большое, я подумаю". Положила его в надежное место и решила не тратить. Проходит какое-то время, и видимо, я его случайно истратила, но сама даже и не заметила. И как-то раз приходит домой папа, и говорит: "Мне на сдачу в магазине дали комсольский рубль - это не твой случайно?" - Смотрю, и правда, мой рублик, двух мнений быть не может - та же надпись зелеными чернилами. Рубль-то оказался неразменный. Представьте себе, какова статистическая вероятность возвращения истраченного рубля в одни и те же руки! Я восприняла это как благосклонный знак судьбы и отложила его в качестве амулета. Я подумала, что раз такое чудо произошло, то фортуна мне улыбнется. В комсомол так и не вступила, зато уверенности в себе прибавилось.

6:46pm: дедушка
В октябре этого года умер дед - самый загадочный (по мнению и моему, и брата) человек в нашей большой семье. Несмотря на то, что мы больше двадцати лет жили на соседних улицах, и периодически встречались по разным поводам, мы о нем ничего не знали. Он сделал все для того, чтобы не сблизиться с нами, чтобы ничего нам не рассказывать, и чтобы мы не задавали никаких вопросов. Самое интересное, что такой стиль общения он поддерживал не только с нами, внуками, но и со своими сыновьями. И вот он умер, и, разбирая вещи, мы стали многое узнавать. Дед был трудоголиком, физиком, и в свои восемьдесят пять продолжал ходить каждый день на работу, в научно-исследовательский институт. И умер на работе. Кроме того, он был безраздельно предан коммунистической партии. В советское время над круглым столом в его коммуналке всегда висел портрет действующего генсека. Излишне говорить, что в девяностые дед не сдал партбилет. Он продолжал активную деятельность в той нынешней компартии, которая воплощала генеральную линию. Его общественной нагрузкой было пополнение партийной кассы. Он получал еженедельно на почте "Советскую Россию" и "Правду", и распространял их среди знакомых и незнакомых, сдавая выручку. Наше общение с ним всю жизнь происходило по одной схеме. "Как дела? Все в порядке? - Помни, главное, это здоровье". На всех праздниках он произносил стандартный набор тостов - за здоровье, за отсутствующих, за мир. Еще когда была жива прабабушка, ее он тоже заставлял общаться в этом стиле. Я с моей гипер-активностью и с интересом к семейной истории, предпринимала различные действия, чтобы узнать что-то о предках. Ходила к прабабушке в отсутствие деда, смотрела фотографии, задавала вопросы. Все было глухо. Даже о своем отце он никогда ничего не говорил.
Он жил в коммуналке, и хотя в свое время была возможность получить квартиру, он этого не хотел, потому что был аскетом и противником частной собственности. Со временем его квартира стала похожа на склад, где надо было пробираться между какими-то чемоданами. Когда он умер, выяснилось, что он вообще никогда ничего не выкидывал. Мы обнаружили гору лекарств семидесятых годов. Ящик мыла на черный день. Десятки кальсон с начесом и рубашек в упаковках, вазы, заполненные сахаром, несколько новых мужских костюмов-троек, несколько бритвенных приборов, и многое многое другое. Еще нашли квитанции об оплате электроэнергии и прочих коммунальных услуг годов с семидесятых и до наших дней. Кроме этого мы нашли хорошо припрятанные документы и письма. Выяснилось, что его дед был жандармским унтер-офицером, и успел послужить в белой армии. Отец его был авантюристом и дэнди, замешанным в бесконечных бухгалтерских махинациях, отсидевшим по бытовым статьям. Дядя, оказывается, эмигрировал. Мать - красивая женщина с ярковыраженными мелкобуржуазными интересами (подушечки, рюшечки). Наш дед в молодости был очень красив и талантлив. У него был уверенный в себе взгляд, устремленный в будущее. Но из-за всех этих авантюристов и эмигрантов ему пришлось оправдываться перед партией за то, что он все это скрывал. Нашелся документ с раскаянием перед партией в сокрытии каких-то фактов из семейной истории. Он, видимо, решил жить в полном фанатичном соответствии с требованиями своей эпохи - жить будущим, никому ни слова о прошлом, опасаться членов семьи и их возможной болтливости, работать и только работать на благо родины, бороться за равенство и справедливость. Глядя на это "наследство" нам оставленное, мы очень распереживались. Конечно, мы оставили документы, сувениры. Но что делать с вещами? Можно выкинуть многое, но как выкинуть все??? На помощь пришла моя подруга Глюкля, художник, которая делает инсталляции из старых вещей. Она пришла и забрала с собой некоторое количество чемоданов со всем этим добром. Перед новым годом я пришла к ней в мастерскую и увидела, что некоторые вещи, типа коврика с оленями, уже "в работе" - висят и ждут своего перевоплощения. Не знаю, был бы дедушка доволен, что его наследство станет художественным объектом? Думаю, это известие его бы поразило. Но для меня вполне естественно желание сохранить память о нем, благодаря вещам. Ведь у меня осталось совсем мало воспоминаний. Разговоров-то никаких мы не вели... В руках художника вещи обретут новую жизнь. Надежды, мечты, радости, горести, тайны, комплексы, страхи, о которых помнят вещи, будут говорить о себе. Так, конечном итоге, молчание окажется красноречивым.